Кружечка

Наш любимый тренер по лёгкой атлетике — молодой и опытный преподаватель, а ещё у него замечательное чувство юмора. Поэтому мы хотели поздравить его с 23 февраля оригинально. Мы заказали ему удобную, практичную и симпатичную кружку. На ней гордо красовалась надпись: «Воспитываю чемпионов».

Кружка с таким принтом была редкостью. Наш заказ шёл неделю. И два вечера назад мы с Константином отправились в метель и по сугробам эту классную вещь получить.

В маленьком квадратном помещении пункта выдачи девушка с проколотой бровью протянула нам картонную коробку, тоже квадратную. Упаковка была надёжно и туго перемотана бело-красной липкой лентой. Пометка на ленте кричала: «Хрупкое!»

Мы аккуратно разрезали на коробке зелёным канцелярским ножом скотч и извлекли на желтоватый тёплый свет тяжёлую посудину. Кружка была обмотана в несколько слоёв воздушной скользкой плёнкой с пузырьками.

Слой за слоем мы принялись разворачивать подарок, и с каждым кругом наша радость прибавлялась. Наконец последний слой нашу кружечку оголил и мы увидели её в полной красе.

На белоснежной миленькой холодной кружечке для нашего тренера большими синими буквами красовался текст: «Любимому дедушке». 

Мы обе едем

Время по глубоким рыхлым сугробам пробирается вперёд и привезло на саночках нам очередные выходные. 

Каждое субботнее утро я начинаю на кухне. Я готовлю кашу и варю борщ. Суп должен быть на квашеной капусте, а в самом конце приправлен чесноком на оливковом масле. Так любит Валентина. 

Субботние домашние дела мне нужно успеть до одиннадцати. Вскоре у Валентины закончатся в школе гуманитарные предметы. Эти уроки им, классу с профилем информатики, заботливо поставили толпой на субботу, с тем, чтобы на шестой день учёбы дети разгрузили наконец уставшие от физики, матана, алгебры и геометрии мозги. А кто не высыпался неделю, тот сможет добавить себе редкие часы для крепкого сна, прогуляв не основные для себя предметы.   

Как уроки у Валентины закончатся, она наберёт меня и короткой фразой «Я на свободе» даст мне команду выйти из дома. Мы сначала навстречу друг другу пойдём, а потом поедем общественным транспортом и встретимся на середине пути — в центре заснеженной Москвы. 

Около 11 я собираю вещи в свой небольшой серый рюкзак. Пара книг, кружка с чаем, конфета ребёнку. Одеваюсь. Сегодня я хочу выйти пораньше. Я придумала перед электричкой забежать на фабричный рынок и купить Валентине её любимые ватрушки — большие круглые булочки с приподнятыми краями и углублением посредине, которое щедро заполнено творогом. Их привозят из соседнего города Жуковский и заносят в рыночный хлебный ларёк вместе с хлебом в шесть утра. Приятная продавщица лет пятидесяти Татьяна разложит свежую выпечку на полочки и в течение всего дня ждёт покупателей. 

Татьяна давно работает на рынке. Она помнит Валентину с двухлетнего возраста. Помнит она историю, когда я назвала ей нужный мне хлеб, оплатила, но не взяла, а вместо этого выбежала с рынка. А всё потому, что маленькая Валентина в душном помещении устала и рванула из магазина на солнечную улицу. Я потом вернулась с ребёнком и смущалась, краснела. Очередь смотрела на нас с дочкой и удивлялась. А Татьяна тогда сказала просто, оттого мне запомнилось и запало в душу: «Это мелочи. Бывает и не такое. У меня тоже дочь». 

В субботние 11 часов с хвостиком в булочном отделе рынка я прошу Татьяну завернуть мне пару свеженьких творожных ватрушек. Совсем недавно они были просто ватрушками. Но время добавило в ассортимент палатки ватрушки с повидлом. Так что теперь лучше уточнять, какие ватрушки нужны, если не хочешь потом, развернув пакет далеко от рынка, изумиться начинке. 

Поразительно, но в это самое время Валентина тоже не спешит ко мне. Она огибает школу и, ни капли не сговариваясь со мной, идёт в соседнее к школе здание, заходит на территорию церкви. Там в небольшой церковной лавке мужчина продаёт вкусные рогалики с яблоком. Валентина придумала угостить нас московской выпечкой и покупает три штучки. Заворачивает в пакет и убирает поглубже в свой розово-фиолетовый школьный рюкзак. Я в этот момент в свой рюкзачок убираю ватрушки с творогом для неё. 

Валентина идёт пешком до метро. Я выскакиваю с рынка и по узкой дорожке вдоль высоких сугробов пробегаюсь до железнодорожной станции. Я успеваю забежать в вагон опаздывающей в Москву электрички и сажусь у окна. Гляжу в него на подмосковные сосны в снегу и достаю тонкую книжицу. Она о здоровом питании и составлена по лекциям академика Павлова. «Как важно, чтобы еда человеку нравилась, — говорит он. — Тогда желудочного сока выделится больше и пищеварение пройдёт успешнее». Я читаю это, прижимая к себе пакет с ватрушками. Как всё удачно складывается, думаю я. Даже Павлов со мной согласен. Валентина в это самое время доходит до станции метро и садится в вагон. 

Мы обе едем.

Время катится по рельсам вперёд, и примерно через час мой поезд приезжает на платформу. Валентина выходит из метро, видит мой поезд и бежит ко мне. Мы теперь вместе садимся в поезд до Раменского. Впереди у нас разговоры обо всём наедине и целый час совместного пути.

После радости от встречи, после объятий, улыбок и смеха, после посадки в поезд до дома и первых минут в новой обстановке я протягиваю дочери творожные ватрушки. Валентина берёт их и смеётся. Она в ответ протягивает мне молочного цвета пакет. В нём тесно жмутся друг к другу три рожка с яблоком.

Как всё-таки хорошо, что время не топчется на месте, а хотя бы на цыпочках, но идёт. Вот уже Валентина не убегает от меня с многолюдного рынка, а спешит к нам из школы. И несётся она домой так быстро, как только позволяют её уроки, ноги и наш общественный транспорт. 

Купить гиацинты к весне для всей семьи

Покупка четырёх луковиц гиацинта, воткнутых в горшки того же радиуса, что и сама луковка, подарит тёплый и важный опыт для всей семьи. Стоимость его будет сопоставима с двумя чашками латте в симпатичном раменском кафе «Сладости».

Потому что в семье нас четверо — и надо будет поделить горшки на всех. Желательно, по справедливости. Синий кому? А красный? А белый? Фиолетовый кому достанется? 

А потом всем горшочкам следует найти поддоны — каждому свой. И пусть каждый домашний человек заберёт по цветочку к себе в комнату и найдёт подходящее место поставить, когда решит головоломку: на столе весь день ему будет темно, а на подоконнике по ночам при открытом окне станет холодно — куда ставим?

И потом нужно обязательно друг у друга интересоваться судьбой других гиацинтов. А твой подрос? А насколько? А цветок уже виден? А скоро зацветёт? Поливать не забываешь? А когда зацвёл? А сильно пахнет? А мой ещё нет.

Вот сколько тем для разговоров! Сколько восклицаний. А обновлённых статусов, когда зацветёт!..

Это мы придумали себе такое занятие на ближайшие три недели, когда купили в супермаркете эти обязательные атрибуты наступающей весны — гиацинты в горшочках. Это очень мощный объединяющий фактор для семьи. 

Не проходите мимо в крупных магазинах вашего города! Купите тоже эту зелёную радость и наблюдайте с удовольствием, как она растёт. 

И лучше не выбирайте, гиацинты брать или чашку латте.

Веселее взять и то и другое!

К Вам едет курьер

— Курьер взял заказ и уже везёт его Вам. Спасибо, что выбрали нас, — дзинькнуло приложение на моём мобильном телефоне, который я держу в руках.

Всеволод сидит слева от меня за кухонным столом. Он нависает над толстой тетрадью в линейку, смотрит на меня и ждёт.

В приложении указали имя курьера. Я быстренько возвращаюсь и перечитываю. Оно заинтриговало меня. Имя - Собирджони.

— Мам, ты когда уберёшь телефон? У нас вообще-то урок, — возмущается Всеволод и недовольно сжимает губы.

И он прав.

Я откладываю телефон на краешек стола и погружаюсь в сложный и прекрасный русский язык. Мы сейчас проходим диалектизмы. Это слова, которые используют жители только определённой местности.

— Глянулось - так говорят в Вологодской области, когда подразумевают «понравилось», — читаю я учебник. — Надо же. Они говорят — глянулось!

— А мы говорим - приглянулось, — отмечает сын.

— Мне, кстати, приглянулось имя нашего сегодняшнего курьера, — говорю я и отрываюсь от учебника.

Я смотрю в окно и думаю вслух:

— Это имя как будто таит в себе загадку.

За окном падает снег. И падает он уже который день.

Замело наши крупные города. Что уж говорить о маленьком Раменском. Раменчане изо дня в день откапывают свои подъезды, проезды, тротуары и машины. А раменские курьерские службы позволяют нам сохранять спокойствие в квартирах. И можно не проверять глубину снега вокруг наших домов. Неделю назад мы смотрели. Было по колено.

Пока Всеволод записывает в тетрадь определение слову диалектизм, я дотягиваюсь до телефона и забегаю в Интернет. Звонок в домофон прерывает нас.

— Небось, это курьер, — говорю я.

Небось - это тоже диалектизм. Мы только что прочитали об этом в учебнике. Так говорят в Тверской области, когда подразумевают «наверное».

Странно. Неужели другие так не говорят? Мы вот в Раменском говорим.

Собирджони поднимается на пятый этаж на лифте. Три тяжёлых пакета с продуктами оттягивают ему руки и замедляют движения. Молодому курьеру на вид около двадцати лет. Он невысокий и худой, с усилием доходит до нашей квартиры и с облегчением, но аккуратно ставит пакеты на коврик в прихожей.

Парень решил не рисковать. Он не отважился заезжать в наш двор на машине. Так что заказ он тащил с парковки у железной дороги. Это далеко. Говорит, вдруг у нас во дворе много снега. Тогда он может застрять. Я с ним согласна. Но только много снега у нас вовсе не вдруг. А как у всех.

Собирджони устал, но доволен. Он уложился в интервал доставки. А у нас теперь есть гречка и хлеб, молоко и йогурты, картофель и яблоки. Он берёт чаевые и кивает. Мы прощаемся, и парень уходит. Он спешит. У него впереди другие адреса, заказы и люди. А я всё-таки решилась.

— Извините, — кричу в коридор, и курьер поворачивается мигом. — А Собирджони означает «терпеливая душа»?

Курьер сбит с толку, но только поначалу. Он постепенно, секунда за секундой, расплывается в улыбке и вот уже улыбается так широко, что не подумаешь, что он так умеет.

— Да, — кротко отвечает парень. — Совершенно верно.

Собирджони больше не уставший. Он веселее идёт по коридору.

На повороте к лифтам вдруг оборачивается и успевает прокричать с той же широкой улыбкой:

— Спасибо Вам!