Знаете, есть вещи, плохо совместимые друг с другом. Например, запивать холодной водой горячий печёный картофель с мясом. Или смотреть «Иронию судьбы» в летнюю жару. А ещё я и ориентация в пространстве.
В тот день мне требовалось отыскать в Москве школу. Был известен её адрес. Накануне я долго изучала по карте маршрут. План был идеален. Сначала час едешь с комфортом, в мягком кресле и с книжкой в руках на электричке, затем всего одну станцию топчешь чистый пол салона вагона в метро, а потом — впервые за многие-многие годы! — наконец покатаешься на московском трамвае.
Ехать на электричке оказалось очень недолго — всего пара глав книги и две выписанные в блокнот цитаты. Метро тоже показалось лёгким препятствием на пути к цели. Хотя на станции «Сокольники» Большой кольцевой линии я никогда раньше не была. А она оказалась такая белая, такая блестящая! У меня дома так не сверкает даже пол, не то что стены. Там, под землёй, была такая крутая и ясная навигация, что заблудиться, конечно, было можно, но нужно было очень постараться и применить сверхусилия. Я в этот раз не старалась, поэтому выход мы с сыном нашли быстро.
Но тут на сцену вышли трамваи. Сразу понятно, что одни едут, условно, направо, другие — налево. И нужно сесть на тот, который идёт не просто в какую-то сторону, а в ту, которая нужна конкретно тебе. А как это определить?
По-хорошему, конечно, надо было заранее посмотреть, в какой стороне находится школа, а потом проверить конечную остановку трамвая. Тогда стало бы ясно, какой маршрут нужен нам. Но почему-то я решила довериться людям.
И вот подъезжает трамвай. На остановке никого, но внутри пассажир есть. Мы вбегаем в салон, я ловлю этого мужчину и спрашиваю: «А моя улица, Большая Оленья, будет сейчас по пути следования?»
Есть среди людей те, кто тоже плохо разбирается в географии. А может быть, географию-то он как раз знает. Но я, допустим, села не в тот трамвай, и едет он совсем не туда. Должен ли пассажир знать остановки маршрута, которым он не пользуется? А что, если это вообще турист? Я очень хорошо помню, как в Туле нас остановила женщина и спросила, как пройти к определённой улице. Мы честно ответили, что не знаем. Тогда она поцокала языком и осудила нас: «Как же так, такие взрослые — и не знаете!» Мы были ошарашены, растеряны и посрамлены. Пришлось признаться, что мы в этом городе впервые в жизни.
Так вот, мужчина лишь неловко помотал головой. Стало ясно, что, поскольку в трамвае, кроме него и водителя, никого не было, ловить в салоне оказалось нечего. По логике проще было выйти и уже на остановке путём опроса выяснить, в нужную ли сторону мы поедем. И тут случилось чудо! Девушка-водитель — кстати, молодая, яркая и очень красивая — услышала нас и крикнула через толстое стекло: «Я как раз еду с Большой Оленьей. Вам в обратную сторону!»
Слава богу, мы выскочили в распахнутые двери, нашли остановку на другой стороне улицы, перешли и сели. Казалось бы, теперь путь ясен.
Предварительное изучение карты подсказывало, что нам нужна третья остановка. Но современные московские трамваи — это нечто большее, чем то, что было когда-то. Теперь там повсюду маячат табло, и бегущие строки называют следующие остановки маршрута. Смотрю на экран: третья не наша, четвёртая мимо, да и пятая тоже. А дальше остановки пока не высвечивались. Это напугало не на шутку.
В салоне ехали три человека, что облегчало задачу. Среди них была женщина пенсионного возраста — я выбрала её. Подхожу и завожу диалог:
— Здравствуйте, нам нужна Большая Оленья, подскажите, пожалуйста, она здесь будет?
Женщина спокойным и тихим голосом заверила, что будет.
— Но почему не третьей? — спросила я.
— Ну, потому что она идёт после пятой.
— Отлично! А то нам там нужна школа.
— Ну, найдёте, — ответила она.
Я вернулась и подсела к сыну. Кстати, современные трамваи — это что-то с чем-то, прямо самостоятельный чудесный аттракцион! Там панорамные окна и есть сиденья, которые смотрят вперёд, на водителя, а есть места в середине, развёрнутые в центр салона. Это так интересно и весело, что можно было бы просто покататься, если бы не нужно было решать в Москве конкретную задачу.
Нашим диалогом с женщиной заинтересовался крупный мужчина с добрыми глазами, тоже пенсионного возраста. Он не рискнул обратиться ко мне напрямую, а спросил мою собеседницу:
— Что она ищет?
— Школу, — ответила та.
— Какую школу? На какой улице?
Женщина махнула рукой, и тогда мужчина с азартом в глазах уже повернулся ко мне — его очень заинтриговали наши поиски.
Я описала ему место. «Есть, есть такая! — расцвёл он. — Я знаю эту школу. Я сам в ней учился целых три года!» Было понятно, что учился он там лет семьдесят назад, что вполне могло быть правдой. Так что с нами ехал настоящий, коренной москвич, который всю жизнь прожил в Сокольниках.
Бабушка сказала нам выйти после пятой остановки. Дедушка посоветовал ещё интереснее: «Вам нужно будет выйти за мной». Так оно и случилось. Когда мужчина направился к выходу, как раз объявили шестую остановку.
Вслед за ним вышли и мы, а вместе с нами — тот самый третий пассажир трамвая.
Оказавшись на улице, я на секунду замерла, обалдев от запаха увядающих осенних листьев и залюбовавшись этой немыслимо красивой желтизной вокруг, и решила сначала просто отдышаться.
В Интернете было написано, что школа находится всего в двухстах метрах от остановки — буквально две минуты ходьбы.
И в этот момент к нам неслышно приблизился третий пассажир и поинтересовался, куда именно мы направляемся. Мы уже на автомате отчеканили ему адрес и добавили, что тут идти всего ничего, сейчас сами походим и найдём. «Нет, — сказал мужчина, — я вам помогу». Он достал старую карманную карту, бережно развернул её на ветру, поводил по ней пальцем, посмотрел обозначения, сверился с реальными домами вокруг нас и выдал победное: «Ага!» — после чего объяснил дорогу.
Идти действительно было недалеко. Я поблагодарила его: «Спасибо, теперь мы точно найдём!» На что он ответил: «Нет, потеряетесь, я лучше вас провожу». И действительно довёл нас до асфальтированной дорожки, чётко показав, куда идти и где свернуть.
Мужчине было лет 55, это был человек с короткой стрижкой седых волос. У меня возникло стойкое ощущение, что у него жена или дочь имеют точно такие же особенности и он не понаслышке знает, что такое топографический кретинизм, поэтому его фраза «я отведу вас, иначе вы потеряетесь» родилась из собственного опыта и была очень близка к правде.
Мы ступили на эту дорожку, прошлись и довольно быстро наткнулись на школьный забор.
Спасибо вам, добрые люди! Вас, оказывается, так много — все, кто встретились нам на этом крошечном пятачке маршрута, и вы так щедро помогли.
Если меня когда-нибудь спросят: «Что лучше: бумажные карты или продвинутые приложения с картами в смартфоне?» — я отвечу: «Люди».
Нет ничего лучше людей.
Ничего лучше отзывчивых, добрых людей пока не придумали.
В тот день мне требовалось отыскать в Москве школу. Был известен её адрес. Накануне я долго изучала по карте маршрут. План был идеален. Сначала час едешь с комфортом, в мягком кресле и с книжкой в руках на электричке, затем всего одну станцию топчешь чистый пол салона вагона в метро, а потом — впервые за многие-многие годы! — наконец покатаешься на московском трамвае.
Ехать на электричке оказалось очень недолго — всего пара глав книги и две выписанные в блокнот цитаты. Метро тоже показалось лёгким препятствием на пути к цели. Хотя на станции «Сокольники» Большой кольцевой линии я никогда раньше не была. А она оказалась такая белая, такая блестящая! У меня дома так не сверкает даже пол, не то что стены. Там, под землёй, была такая крутая и ясная навигация, что заблудиться, конечно, было можно, но нужно было очень постараться и применить сверхусилия. Я в этот раз не старалась, поэтому выход мы с сыном нашли быстро.
Но тут на сцену вышли трамваи. Сразу понятно, что одни едут, условно, направо, другие — налево. И нужно сесть на тот, который идёт не просто в какую-то сторону, а в ту, которая нужна конкретно тебе. А как это определить?
По-хорошему, конечно, надо было заранее посмотреть, в какой стороне находится школа, а потом проверить конечную остановку трамвая. Тогда стало бы ясно, какой маршрут нужен нам. Но почему-то я решила довериться людям.
И вот подъезжает трамвай. На остановке никого, но внутри пассажир есть. Мы вбегаем в салон, я ловлю этого мужчину и спрашиваю: «А моя улица, Большая Оленья, будет сейчас по пути следования?»
Есть среди людей те, кто тоже плохо разбирается в географии. А может быть, географию-то он как раз знает. Но я, допустим, села не в тот трамвай, и едет он совсем не туда. Должен ли пассажир знать остановки маршрута, которым он не пользуется? А что, если это вообще турист? Я очень хорошо помню, как в Туле нас остановила женщина и спросила, как пройти к определённой улице. Мы честно ответили, что не знаем. Тогда она поцокала языком и осудила нас: «Как же так, такие взрослые — и не знаете!» Мы были ошарашены, растеряны и посрамлены. Пришлось признаться, что мы в этом городе впервые в жизни.
Так вот, мужчина лишь неловко помотал головой. Стало ясно, что, поскольку в трамвае, кроме него и водителя, никого не было, ловить в салоне оказалось нечего. По логике проще было выйти и уже на остановке путём опроса выяснить, в нужную ли сторону мы поедем. И тут случилось чудо! Девушка-водитель — кстати, молодая, яркая и очень красивая — услышала нас и крикнула через толстое стекло: «Я как раз еду с Большой Оленьей. Вам в обратную сторону!»
Слава богу, мы выскочили в распахнутые двери, нашли остановку на другой стороне улицы, перешли и сели. Казалось бы, теперь путь ясен.
Предварительное изучение карты подсказывало, что нам нужна третья остановка. Но современные московские трамваи — это нечто большее, чем то, что было когда-то. Теперь там повсюду маячат табло, и бегущие строки называют следующие остановки маршрута. Смотрю на экран: третья не наша, четвёртая мимо, да и пятая тоже. А дальше остановки пока не высвечивались. Это напугало не на шутку.
В салоне ехали три человека, что облегчало задачу. Среди них была женщина пенсионного возраста — я выбрала её. Подхожу и завожу диалог:
— Здравствуйте, нам нужна Большая Оленья, подскажите, пожалуйста, она здесь будет?
Женщина спокойным и тихим голосом заверила, что будет.
— Но почему не третьей? — спросила я.
— Ну, потому что она идёт после пятой.
— Отлично! А то нам там нужна школа.
— Ну, найдёте, — ответила она.
Я вернулась и подсела к сыну. Кстати, современные трамваи — это что-то с чем-то, прямо самостоятельный чудесный аттракцион! Там панорамные окна и есть сиденья, которые смотрят вперёд, на водителя, а есть места в середине, развёрнутые в центр салона. Это так интересно и весело, что можно было бы просто покататься, если бы не нужно было решать в Москве конкретную задачу.
Нашим диалогом с женщиной заинтересовался крупный мужчина с добрыми глазами, тоже пенсионного возраста. Он не рискнул обратиться ко мне напрямую, а спросил мою собеседницу:
— Что она ищет?
— Школу, — ответила та.
— Какую школу? На какой улице?
Женщина махнула рукой, и тогда мужчина с азартом в глазах уже повернулся ко мне — его очень заинтриговали наши поиски.
Я описала ему место. «Есть, есть такая! — расцвёл он. — Я знаю эту школу. Я сам в ней учился целых три года!» Было понятно, что учился он там лет семьдесят назад, что вполне могло быть правдой. Так что с нами ехал настоящий, коренной москвич, который всю жизнь прожил в Сокольниках.
Бабушка сказала нам выйти после пятой остановки. Дедушка посоветовал ещё интереснее: «Вам нужно будет выйти за мной». Так оно и случилось. Когда мужчина направился к выходу, как раз объявили шестую остановку.
Вслед за ним вышли и мы, а вместе с нами — тот самый третий пассажир трамвая.
Оказавшись на улице, я на секунду замерла, обалдев от запаха увядающих осенних листьев и залюбовавшись этой немыслимо красивой желтизной вокруг, и решила сначала просто отдышаться.
В Интернете было написано, что школа находится всего в двухстах метрах от остановки — буквально две минуты ходьбы.
И в этот момент к нам неслышно приблизился третий пассажир и поинтересовался, куда именно мы направляемся. Мы уже на автомате отчеканили ему адрес и добавили, что тут идти всего ничего, сейчас сами походим и найдём. «Нет, — сказал мужчина, — я вам помогу». Он достал старую карманную карту, бережно развернул её на ветру, поводил по ней пальцем, посмотрел обозначения, сверился с реальными домами вокруг нас и выдал победное: «Ага!» — после чего объяснил дорогу.
Идти действительно было недалеко. Я поблагодарила его: «Спасибо, теперь мы точно найдём!» На что он ответил: «Нет, потеряетесь, я лучше вас провожу». И действительно довёл нас до асфальтированной дорожки, чётко показав, куда идти и где свернуть.
Мужчине было лет 55, это был человек с короткой стрижкой седых волос. У меня возникло стойкое ощущение, что у него жена или дочь имеют точно такие же особенности и он не понаслышке знает, что такое топографический кретинизм, поэтому его фраза «я отведу вас, иначе вы потеряетесь» родилась из собственного опыта и была очень близка к правде.
Мы ступили на эту дорожку, прошлись и довольно быстро наткнулись на школьный забор.
Спасибо вам, добрые люди! Вас, оказывается, так много — все, кто встретились нам на этом крошечном пятачке маршрута, и вы так щедро помогли.
Если меня когда-нибудь спросят: «Что лучше: бумажные карты или продвинутые приложения с картами в смартфоне?» — я отвечу: «Люди».
Нет ничего лучше людей.
Ничего лучше отзывчивых, добрых людей пока не придумали.
